Записки московского бомбилы. Часть 9 PDF Печать E-mail

Продолжение. Начало здесь.

Москва - это город, в котором в вас не только
могут врезаться сзади, но еще и подрезать слева,
когда вы обгоняете по встречной.

Мне всегда хотелось завести дома сиамскую кошку, но посетив птичий рынок, я понял, что моей мечте не скоро придется осуществиться. Настоящий сиам стоил, что новый стартер. А тут довелось мне подвозить женщину на "Птичку" с какой-то большой коробкой с дырочками. Сначала я хотел поставить её в багажник, но женщина категорически возразила, мол, они там могут задохнуться.

- Кто, они, - спросил я.

- Котята сиамские, - отвечает она. Вот везу на рынок продавать шестерых. Пока ехали, она достала из коробки котенка, взяла его за холку и начала вертеть им перед лобовым стеклом, расхваливая, как невесту сватам.

- Смотрите, - говорила она, - шёрстка так и лоснится, он клубный, породистый, благородных кровей. Правда, незаконнорожденный, но это не мешает быть ему таким красавцем, а?

Котенок беспомощно болтался над бардачком, свесив лапки и хвост, и его наивные голубые глазки беспомощно смотрели на меня и, как бы говорили: какие же вы, люди, все-таки...

Однако тряска и болтанка подействовали на котенка, как качка на моряка, но только с другой стороны. Из котенка на бардачек полилась струйка жидкости желтого цвета забрызгивая стекло и теткину коробку.

- Вот гад, - сказала она, - в семье не без урода, - и быстренько спрятала безобразника обратно в коробку.

- Его просто укачало, - извиняясь, сказала она, - у кошек такое случается, я сейчас вытру. И она принялась вытирать продукты жизнедеятельности какой-то тряпкой, которую достала из всё той же коробки. Закончив приборку, женщина замолчала, вроде как испытывая чувства неловкости за содеянное пленниками её коробки. Паузу прервал я:

- И что, хорошо продаются такие?

- Если дать хорошую рекламу, долго не задерживаются, а потом они ведь действительно клубные и порода элитная. Люди хорошего достатка предпочитают всё-таки покупать кошек породистых, вот таких, как эти, например.

- И по чём такие, не удержался я от вопроса.

- Ну, мы набрасываем процентов 30 с хвоста от клубной цены, а что, заинтересовались?

- Да есть немного, люблю кошек, к тому же если они породистые.

- Так берите, отдам по клубной цене, вместо платы за проезд.

Долго я раздумывать не стал и крошечный комочек перекочевал из коробки ко мне на заднее сиденье. Зассанца, чьи следы остались у меня на лобовом стекле, я брать не стал, а выбрал того, который пошустрей и поигривей. Женщина чирканула мне телефон клуба, на всякий случай, и мы расстались при обоюдном удовлетворении.

Котенок прожил у меня ровно месяц, но этого мне хватило. Этот пушистый негодяй жрал только свежее мясо и мог прожить без еды неделю или больше. На сосиски, колбасу или рыбу он просто не реагировал, а упорно требовал только мяса, к тому же свежего.

Но с этим я бы ещё смирился, если бы не его мерзкий, скрипучий требовательный писк. Его мяуканье напоминало скрип старой ржавой корабельной лебёдки. Молчал он только тогда, когда спал, а засыпал он только тогда, когда сжирал хорошую порцию мяса. Всё остальное время он, не затыкаясь, скрипел и скрипел.

Я даже возил его к ветеринару, думал, может у него чего болит. Но оказалось, что этот выродок абсолютно здоров. Стоило только мне войти в квартиру, как эта божья тварь включалась и с омерзительнейшим скрипом (мяуканьем) ходила за мной по пятам, куда бы я ни направлялся. Я на кухню и он на кухню, я в комнату и он туда же, я в туалет и он уже здесь. Мелкий, не сразу заметишь его на полу, а его присутствие я сразу узнавал по звуку. Эффект Доплера.

Как-то раз, сидя на кухне, мне вдруг срочно понадобилось в комнату. Я резко встал и проследовал через коридор в нужном направлении. По приближающемуся сзади мяуканью, я понял, что маленький негодяй идет за мной. Вдруг мне на глаза попался старый противогаз, в котором я когда-то лакировал паркет. Мысль пришла внезапно. В считанные секунды, как учили, я нацепил его на голову и быстро повернул обратно. Видимо, ожидая увидеть меня, котёнок увидел не то, что ожидал. Перед ним стояло что-то ужасное, с хоботом и большими стеклянными глазами.

Если сказать, что его реакция на мой необычный внешний вид была необычной, значит, ничего не сказать. Он изогнулся подковой, шерсть встала дыбом, а глаза буквально вывалились из орбит. Он так дико, громко и протяжно заорал, что кровь у меня застыла в жилах и по телу пробежали мурашки. Испугавшись, что котенок может получить разрыв сердца, я мгновенно снял противогаз, но было поздно. Не в том смысле, что у него случился разрыв сердца, а в том смысле, что он просто описался. Под ним расплылось огромное пятно, раза в три больше его самого.

Весь оставшийся вечер котенок провел под диваном и несмотря ни на какие мои уговоры упорно не хотел из-под него вылезать. Даже свежий кусок мяса, за которым мне пришлось специально сгонять в магазин, не смог выманить его оттуда.

Одно только радовало меня, котенок сидел под диваном молча. То есть он наконец-то заткнулся. Радости моей не было предела. Я балдел. Наступила тишина. Я мог спокойно смотреть телевизор, разговаривать по телефону, иными словами, в доме наступила тишь и благодать. Но, как говорят в народе, "ничто не проходит бесследно". Заткнуться то он заткнулся, но взамен стал писаться. Причем делал он это без всякого стеснения, абсолютно везде и по всей квартире. С интервалом в 30-40 минут.

Вонь в квартире стояла невыносимая, а под моей дверью на лестничной клетке стали толпами собираться бродячие коты и оставлять свои кошачьи метки. Моему терпению пришел конец и я вспомнил, что рыночная цена котенка равна стоимости 10-ти литровой канистры с тосолом. Ну хоть какая-то польза от этого будет и ранним субботним, солнечным утром я взял за шкирку этого зассанца и повез на ближайший рынок продавать. Этот комок шерсти сразу почуял неладное и всю дорогу сидел на спинке заднего сиденья с таким жалостным и невинным видом, что я чуть было не повернул обратно. Но того, что произошло через мгновение, не мог предвидеть никто, даже это невыносимое животное.

Двигаясь по главной дороге со скоростью приблизительно километров 60, я замечаю впереди справа на второстепенной дороге микроавтобус, похожий на "Газель". Как ему и предписано правилами, микроавтобус остановился перед выездом на главную дорогу и я, видя, что путь свободен, притапливаю педаль газа и слегка увеличиваю скорость. В тот самый момент, когда до перекрестка остается не более 20-ти метров, водитель микроавтобуса, по причине, понятной только одному ему, решает пересечь перекресток.

Если бы голливудские постановщики трюков видели то, что произошло в следующее мгновение, я бы, как минимум, получил Оскара в номинации "самая живописная авария". Удар пришелся точно в середину микроавтобуса, причем с такой силой, что котенок со спинки заднего сиденья пулей просвистел через весь салон у меня над правым ухом и с глухим стуком ударился головой прямо в середину лобового стекла.

Что произошло на самом деле он, конечно, не понял, но обиделся видимо на меня, на всю оставшуюся котовую жизнь. На полсекунды я успел увидеть его глаза. Представьте себе узбека, у которого от удивления глаза округлились до размеров пятикопеечной монеты образца 61-ого года. Именно так выглядели глаза и у котенка. В них был и страх, и удивление, и злоба, и обида одновременно. Если бы кошки умели говорить, я бы узнал о себе много интересного.

Одновременно с полетом котенка от такого удара, словно брызги шампанского, в разные стороны полетели стекла фар, обломки бампера, куски декоративной решетки и что-то там ещё. Капот, как кусок картона сложился пополам и из-под него с шипеньем, образуя на солнце радугу, вырывались клубы пара. От удара мою машину отбросило назад метра на два. Двигатель заглох, и наступила тишина. Всё произошло настолько быстро и неожиданно, что я несколько секунд не мог ничего понять, и продолжал сидеть в машине, крепко вцепившись в руль и усиленно давя на педаль тормоза.

Наконец, до меня дошло, что случилось то, о чем я так много слышал от других и видел сам в передаче "В добрый путь", т.е. "Дорожный патруль". Случилось банальное дорожно-транспортное происшествие, которое, в конце концов, когда-нибудь должно было случиться. Выскочив из машины, я начал судорожно оглядываться по сторонам, моё подсознание что-то искало и это "что-то" оно нашло, точнее, увидело. Это был дорожный знак "уступи дорогу" и висел он на той стороне, откуда выехал этот микроавтобус. Я с облегчением вздохнул и только после этого мой мозг заработал так, как ему и было положено, т.е. в нужном направлении, заставляя меня рассуждать трезво, рационально и одновременно, хладнокровно.

Я много раз видел, как ведут себя водители, попавшие в аварию. Одни ударяются в панику, начинают суетиться, метаться из стороны в сторону, нарезая круги вокруг разбитой машины, т.е. просто теряют над собой контроль. Другие напротив, становятся агрессивными не в меру, порой даже лезут в драку, независимо от того прав он или не прав в данной аварии. Третьи впадают в ступор, их просто охватывает столбняк, и они не то что трезво оценить ситуацию не могут, а просто вообще не могут выйти из машины.

Поведение человека в экстремальной ситуации описано в многочисленных трудах великих и не великих ученых и психологов, но ни один из них так и не смог объяснить, почему вроде бы спокойный, уверенный в себе человек, становиться вдруг нервным дураком, не способным трезво мыслить и вести себя в рамках приличия. И наоборот, слабый и беззащитный в жизни вдруг неожиданно проявляет завидную выдержку и находчивость.

Не берусь спорить с именитыми мужами науки, но мне кажется, что спокойствие и выдержка в критической ситуации зависит напрямую от того, как человек к ней подготовлен. Другими словами, можно предположить, что такая-то и такая-то ситуация вполне может произойти и к ней просто нужно быть заранее готовым.

Например, строитель на стройке не застрахован от несчастного случая, а фигурист или горнолыжник когда-нибудь сломает себе ногу. Логично будет предположить, что водила, какой бы опытный он не был, всё-таки попадет в аварию. Когда я покупал водительские права, а было это очень давно, я уже тогда знал, что машины попадают в аварии по причинам, как объективным, так и субъективным. Если не я кого-то, так меня кто-то.

Однажды летом я мчался по кольцевой дороге с клиентом и вдруг вижу: как гром с ясного неба, со встречной полосы прямо в середину лобового стекла на меня откуда-то сверху летит колесо. Инстинкт самосохранения постарался за меня и я, как запрограммированный автопилот за доли секунды успеваю отвернуть вправо. Благо там полоса была чистой, а колесо приземляется в это время в то место, где за полсекунды до этого находилась моя машина, ударяется о землю, подпрыгивает и летит снова на встречную полосу. Дальнейшую его судьбу я так и не узнал. Можно только догадываться, что произошло.

Таким образом, я на подсознательном уровне всегда был готов к тому, что ДТП рано или поздно произойдет. Не могу сказать, что я этого ждал, но так или иначе, я оказался готов к подобному повороту судьбы.

Оценив ситуацию, я, прежде всего, понял, что в аварии виноват не я и это придало мне ещё большей уверенности и спокойствия. Ранним воскресным утром, на практически пустой дороге мой трудяга-москвич поймал неожиданное препятствие, в результате чего я, как минимум, на пару недель, если не больше, останусь без работы и средств существования. Да еще, сколько придется отдать за ремонт. Страховки у меня в то время ещё не было.

Вот, думаю, попал! Пока я так размышлял, из микроавтобуса вышел виновник ДТП, мужчинка лет 35-ти. С совершенно невозмутимы лицом он подошел к моей машине и, не говоря ни слова, принялся её осматривать. Я также молча подошел к останкам моего трудяги и тоже молча решил произвести осмотр нанесенных мне повреждений. Пробоины микроавтобуса меня, на тот момент, совершенно не интересовали, да их и не было, как потом выяснилось. Беглый осмотр показал, что у меня: напрочь был разбит весь передок вместе с фарами и бампером, капот сложился в гармошку, двигатель сорвало с подушек, и он наполовину заехал под салон. Сам же двигатель также изрядно пострадал: вдребезги разлетелся трамблер, треснула крышка механизма газораспределения, и из переднего сальника коленвала черным киселем сочилось масло. Вдобавок к этому был напрочь разбит аккумулятор и радиатор, из которого солидной струйкой вытекал тосол, расползаясь темным, тоскливым пятном по асфальту. Ущерб, по моим предварительным прикидкам, был значительным. Я стоял, печально разглядывая разбитую фару, и не знал, что делать.

Первым заговорил виновник, т.е. хозяин микроавтобуса. В том, что он являлся виновником аварии, я не сомневался ни на грош.

- Ну, что, говорит, будем договариваться на месте?

- Давай, отвечаю, попробуем.

Я постоянно прикупал для своего москвичка то и дело выходившие из строя запчасти, в ценах я ориентировался достаточно хорошо. Сумму ущерба я оценил с максимальной точностью и готов был предъявить её немедленно.

- Называй сумму, сколько я тебе должен, - сказал владелец микроавтобуса. И я её назвал.

- Ты что, с ума сошел, - вдруг заорал он, у тебя машина столько не стоит! Забирай вот это, и мирно расходимся, и протягивает мне деньги, вдвое меньше моих расчетов. На этот раз была моя очередь округлить глаза и возмутиться.

Так, стоя на середине пустого шоссе, отчаянно размахивая руками, мы пререкались минут 30. Он пытался меня убедить, что бампер можно склеить, а радиатор запаять. На что я, как мне казалось, вполне резонно возражал, потому, что склеивать бампер, по меньшей мере, смешно и мне этого самопального рукотворчества не надо.

По ходу нашей беседы, он то и дело доставал из кармана толстую пачку купюр, кричал, размахивая ею, что такого добра у него навалом, что денег ему не жалко, а создавать самому себе искусственные трудности нет необходимости, потому, что склеить бампер и запаять радиатор и так можно. А если я не соглашусь, то он вообще мне ничего не заплатит потому, что он вообще-то безработный и стоит на учете на бирже труда.

После этой его фразы я, держась до этого относительно спокойно, вдруг не выдержал. Мой монолог, обильно приукрашенный матерной терминологией, вкратце сводился к тому, что таким козлам, как он, вообще руль доверять нельзя. После чего в подобной форме и не стесняясь в выражениях, он также выразился относительно моих водительских способностей.

Трудно сказать, сколько бы продолжалась наша беседа, но откуда ни возьмись, к нам вдруг подъехала патрульная ГАИшная машина. Обычно, когда надо, их не дозовешься, а тут на тебе, явились. Далее пошло всё, как по маслу. Осмотрев место происшествия, нас по очереди заставили рассказать о том, что же здесь произошло. Моя версия полностью совпадала с той, которую я изложил выше. А вот версия моего оппонента неожиданно в корне отличалась от моей. В моем присутствии, ни сколько не смущаясь, он вдруг заявил, что я нахожусь в нетрезвом состоянии. На что инспектор коротко заметил:

- "Проверим". Дальше было больше. Оказалось, что аварию я устроил специально, чтобы за его счет отремонтировать свою машину, что резина на колесах моего авто, совершенно, лысая и разного диаметра и что тормоза у меня полностью отсутствуют. От такого наглого вранья я потерял дар речи и только раскрывал рот, как рыба на суше, безуспешно пытаясь возразить.

На всё это инспектор спокойно и невозмутимо отвечал: "разберёмся" или "проверим". Далее пошли разбирательства и проверки. Нас обоих отвезли на патрульной машине в наркологический диспансер и проверили на наличие спиртного в организме. Оказалось, что я вовсе не пьян. Также выяснилось, что резина на колесах у меня правильная и тормоза исправны. Вся эта процедура заняла не менее 3-х часов и, в конце концов, нас отпустили с богом и справкой об аварии, в которой виновником значился господин хозяин микроавтобуса.

Пока оформлялся протокол, я успел позвонить друзьям, которые, прибыв к месту моих злоключений, за ноздрю притащили меня к дому. То-то было радости у моих соседей, когда они увидели столь оригинальную картину.

При расставании хозяин микроавтобуса ещё раз благополучно послал меня, пообещав, что денег на ремонт я от него не дождусь, на что я резонно заметил ему вслед, мол, ещё посмотрим. На том мы и расстались.

Добравшись до дому столь позорным способом, я, что бы снять стресс и по мере возможности забыть происшедшее, решил прибегнуть к старому, испытанному способу, а именно, принять внутрь порцию огненной воды. Пропустив внутрь первую рюмку, я вдруг вспомнил про первопричину моих приключений. Ведь с тех самых пор, как я протаранил микроавтобус, котенка я так и не видел. Неужели, думаю, он так и сидит в машине? Бросив все дела, я камнем бросился вниз, но этого паршивца там не оказалось. Его вообще нигде не было. Так я его больше и не видел, он бесследно исчез.

Шло время. Я постепенно начал своими силами реставрировать свой "москвич". Заменил переднюю раму и прикупил новый капот. Тем временем от виновника аварии ни слуху, ни духу. А денег на оставшийся ремонт катастрофически не хватало. Надо было что-то предпринимать и я, наконец, решаю всё-таки привлечь на свою сторону правосудие, т.е. подать в суд. А что мне оставалось делать, если этот горе-водила, который не уступил мне дорогу, даже извиниться не соизволил, не то, что оплатить мне ущерб.

Прежде всего, я вызвал оценщика, который произвел калькуляцию причиненных мне убытков. Сумма получилась приличная. Ведь оценивалась ещё и работа по восстановительному ремонту: каждый шурупчик, каждая гаечка и прокладочка. Итоговый результат меня несколько воодушевил и я окрыленный ринулся с заявлением в суд по месту прописки ответчика, а прописан он был в области. В итоге мои мытарства в мороз в общественном транспорте, от которого я давно отвык, закончились тем, что в один прекрасный солнечный день ко мне в гости заявился виновник этой не к стати произошедшей аварии.

С порога вместо здрасьте он набросился на меня с претензиями, мол, почему я решил сразу подать в суд вместо того, чтобы договориться об урегулировании конфликта без вмешательства правосудия. На что я ему ответил, что ждал достаточно долго и если бы он согласился на мои условия раньше, то никакого суда не было бы и вообще, почему именно я должен его разыскивать и договариваться с ним, а не наоборот?

Мой вопрос повис в воздухе, так как он развернулся и, не говоря больше ни слова, направился в противоположную от меня сторону со словами: "Ничего ты от меня в таком случае не получишь, я безработный, а имущество всё переведено на жену. Можешь судиться-пересудиться со мной, все равно ничего не выиграешь, потому как у меня все судьи знакомые". Ни скажу, чтобы меня это всё обрадовало, но спустя полтора месяца я получаю повестку в суд. Заседание назначалось на 10 утра.

К назначенному времени я старался прибыть без опоздания. Без пяти минут десять к зданию суда подкатил навороченный джип и из него вышел мой ответчик. Ничего себе, безработный, подумал я. Особых иллюзий я себе, конечно, не строил, но надежда отсудить хотя бы часть моих затрат на ремонт машины всё же была.

Судья был предельно краток. Весь процесс, который я представлял себе и так и этак, занял не более 5 минут. Нам было предложено заключить мировую, суть которой сводилась к следующему. В течение недели ответчик обязывался отремонтировать мою машину за свой счет. В случае не выполнения поставленных условий, судебный процесс возобновлялся. На том и порешили. Выйдя из здания суда, мы направились ко мне домой, откуда мой разбитый "москвичек" за ноздрю был отбуксирован в какой-то "левый" гараж. В этом гараже предполагались восстановительные работы. Тут же была составлена калькуляция расходов и работа закипела. Пару раз я приезжал с контрольной проверкой, дабы убедиться, что всё идет по плану.

Первый и второй день действительно всё шло по плану. Так мне казалось. Но дальше я стал подозревать, что не всё так хорошо, как кажется. Например, отдельные детали и узлы были грубо восстановлены из аварийных, а купленные якобы на рынке, на деле оказались бэушными. Только с третьей попытки мне удалось убедить этого прохиндея, что отрихтованный капот мне ни к чему. Он же упорно настаивал на том, что и старый, аварийный сойдет. Всё это я осознал несколько позже, к моему великому сожалению. На данный же момент времени кроме подозрений у меня не было никаких конкретных фактов против его, мягко говоря, недобросовестности.

И так, наступил день, а точнее, воскресенье, когда я должен был забрать у ответчика отремонтированную машину. На следующий день, т.е. в понедельник, я должен был подтвердить в суде, что машина отремонтирована и претензий к ответчику у меня нет. Как мы и договаривались, я прибыл в его гараж во второй половине дня. Сразу же выяснилось, что аккумулятор умер, оживлению не подлежит и машина не заводится. Несколько часов ушло на попытки его реанимировать, но намеченной цели достигнуто не было и мне предложили воспользоваться (временно) каким-то старым аккумулятором взамен погибшего.

Для полного представления картины необходимо добавить, что все эти выкрутасы происходили на 20-градусном морозе. Далее начались проблемы с зажиганием. Машина никак не хотела заводиться. Затем я обнаружил, что масло в двигателе почему-то было черного цвета. Выяснилось, что по "ошибке" он залил мне отработку. Таких, вроде бы незначительных нюансов набралось с добрый десяток. Но мне все эти мелочёвки казались ерундой. Уж очень я соскучился по своему "кормильцу", да и работа стояла.

Как я уже говорил, в этот долгожданный день я приехал, чтобы забрать свою машину и забыть этот инцидент, как страшный сон. Поэтому одет я был, можно сказать налегке. Абсолютно был уверен в добропорядочности ответчика, думал, что приеду, произведу осмотр восстановительного ремонта и уеду домой на колесах.

Наконец-то, когда на улице было уже достаточно темно и время подходило к 22-м часам, я уселся за руль и начал свой путь домой, радуясь тому, что я опять за рулем. Однако радоваться мне пришлось не долго. Возвращался проселочными дорогами, через какие-то опустевшие подмосковные поля. Было воскресенье. Нормальные люди сидели дома возле своих телевизоров, наслаждаясь жизнью в тепле и уюте. Дорога, по которой я возвращался, была пустынна, даже редких фонарей не наблюдалось, только свет моих тусклых фар. Но я всё равно был счастлив, как ребенок - ведь я снова за рулем, снова начну бомбить по бескрайним московским просторам и заработаю немного денег для устранения мелких недоделок моего боевого москвичка.

Внезапно радужный ход моих мыслей был приостановлен. Двигатель неожиданно заглох. Машина прокатилась метров 30 и замерла. Поначалу я пытался завести её обычным способом, т. е. от аккумулятора. Стартер крутил, но двигатель упорно не хотел заводиться. Через две-три попытки аккумулятор, как и следовало ожидать, умер. Я решил попробовать завести ручкой, которая всегда лежала в багажнике на всякий случай, но это также не дало никаких положительных результатов.

Старая шофёрская загадка: "какая деталь автомобиля у хорошего водилы ржавеет, а у плохого блестит? Ответ - "кривой стартер", т. е. эта самая ручка, которой крутят спереди". Однако, ситуация рисовалась крайне неутешительная да и мороз к ночи крепчал. Я стоял посреди глухой просёлочной дороги, в воскресенье на ночь глядя с посаженным напрочь аккумулятором. Даже габаритные огни не хотели светиться.

Через полчаса я понял, какие чувства испытывал Г. Седов, покоряя Северный полюс. Но у него хоть собаки были, а у меня только одна зажигалка, которая от мороза зажигалась ну не с пятого, так с седьмого раза. Ночь выдалась тихая и звездная. Где-то вдалеке маячили огоньки какой-то деревушки. И не души. В тот момент, когда мне в голову начала закрадываться глупейшая мысль бросить всё к чертовой матери и пойти пешком в сторону дома, на дороге показался свет фар какой-то машины. Мелькнула надежда, что может меня дотащат за ноздрю хотя бы до окраины города. Машина приближалась и я отчаянно замахал руками, показывая таким способом, что мне нужна помощь. Машина действительно остановилась и из приспущенного окошка появилась голова мента-гаишника.

- Что случилось? - спросил он.

- Да вот, - промямлил я замершими губами, - аккумулятор сдох, не поможете?

- А, - говорит, - понятно, но мы не можем, мы на задании, спешим очень и с этими словами газанули по сколькой дороге, растворившись в ночи.

Вот это да, подумал я, вот это ГАИ. Ну да ладно, чего с них взять-то, может ещё кто проезжать будет, глядишь и выручит. И, правда, минут через сорок снова вижу приближающиеся фары. К этому времени я замерз окончательно. Меня трясло и губы еле ворочались. Занимаю исходную позицию для голосования и машу рукой, всем своим видом умоляя о помощи. На этот раз останавливается огромный джип и из него вываливает трое ребят в кожаных куртках с бритыми головами и без шапок, несмотря на хороший мороз. Ну вот, думаю, ещё не легче.

- Братан, чё случилось, в натуре?

Как могу, еле ворочая замершими, напрочь, губами, пытаюсь объяснить ситуацию. Получается бред пьяного заики. Почесав в затылке, парень молча поворачивается и направляется к джипу. Ну да, а чего я ещё от них хотел? Не царское это дело, ржавые москвичи выручать. Но я не угадал. Парень достаёт из джипа буксир и кидает мне: "цепляй, маленько протащим". Я быстренько цепляю конец за какую-то штангу впереди и мгновенно оказываюсь за рулем замершей машины. Открываю боковое стекло и кричу, что готов к буксировке и обнаруживаю, что лобовое стекло замерзло и через него не видно даже габаритов джипа. Куда еду, где обочина, где встречная полоса - ничего не вижу. Ну, думаю, как щас дам этому буксировщику в зад и буду всю оставшуюся жизнь рассчитываться. Но ничего такого не произошло. Проехав метров сто, джип остановился. Я вовремя успел надавить педаль тормоза и машина замерла в миллиметре от заднего бампера. Из джипа выскочил всё тот же парень.

- Ну, чё, братан, не заводится? Тогда извиняй.

И отцепив буксир, джип растворился. Как появились, так и исчезли. И снова я один ночью, под звездным небом постепенно превращаюсь в льдышку. Все надежды умерли и я решаюсь трусцой бежать вперед. Куда именно - мне, в принципе, уже всё равно, лишь бы побыстрей в тепло, так как ног я не чувствовал вообще, даже прыжки на месте не помогали.

Отбежав метров двести-триста, снова слышу позади шум приближающейся машины. Разворачиваюсь и бегу в обратную сторону навстречу машине, размахивая руками. На этот раз это дежурная военная хлебовозка.

- Отец(?), какие проблемы?

- До города дотяните? Вопросом на вопрос отвечаю я.

- Цепляйся, - отвечают из хлебовозки.

Я молча завожу буксир, сажусь в машину и, высунув голову из бокового окошка, чтобы видеть, куда меня тянут, правой рукой рулю. Поехали. В лицо ледяной ветер, скорость километров 70, шапченка моя слетает с головы, но мне плевать, главное, я еду. Минут через дцать замечаю, что дорогу к моему дому мы успешно проскакиваем. Моргнуть фарами, чтобы остановились, не могу, аккумулятор на нуле, бибикнуть тоже не удаётся по той же причине. В итоге перелет мимо цели километров десять. Но это уже мелочи, я уже в городе. Наконец хлебовозка останавливается. Из неё высовывается лысая солдатская голова:

- Ну, что, отец, порядок? Тогда отцепляйся.

Быстренько отцепляюсь, кричу вслед что-то похожее на спасибо и, заперев дверь машины, ловлю такси. "Москвичка" рискую оставить на обочине.

Домой попадаю в первом часу ночи. Домашние в панике: где я пропал. Но мне не до них. Не раздеваясь, с порога, вливаю в себя рюмку водки, потом ещё одну и припадаю к батарее. Через несколько минут я уже в состоянии говорить и толком объяснить, что произошло и успокоить домашних. Однако, надо как-то забрать брошенную машину. Выручает сосед, согласившись глубокой ночью, за определенную плату дотащить меня "за ноздрю" до гаража.

Засыпал я этой ночью очень долго, всё никак не мог согреться, а виновника всех моих приключений я готов был убить при первой же встрече.

Суд должен был состояться в 11.00 в понедельник и до этого времени мне необходимо было разобраться в чем же проблема, почему машина внезапно заглохла. Виноват ли в этом случай или остановка двигателя произошел по вине "мастера", чинившего мою машину. Через пару часов, последовательно перебирая все возможные причины, я отыскал неисправность. Этот умник ответчик настолько оказался экономным при восстановлении моей машины, что решил склеить пластмассовую крышку трамблера клеем. Это ж надо было догадаться! Разумеется, в пути она рассыпалась при вращении бегунка, что и послужило причиной моих ночных похождений. Ну, думаю, я тебе на суде устрою: пусть забирает машину взад и ремонтирует, как следует. Только после этого я соглашусь подписать мировую в суде. Уж очень я был зол на него.

К назначенному времени я был в суде и без всякой церемонии заявил, что машина к сроку не готова. Моё столь неожиданное заявление вызвало бурю эмоций у ответчика. Он глотал воздух ртом, размахивал руками, но ничего конкретного заявить в своё оправдание не мог. Итог - злобно сопя, он берет мою машину на буксир и мы снова возвращаемся в его "левую" автомастерскую, где мне устраняют недостатки покупкой новых деталей. На следующий день мы не здороваясь снова встречаемся у судьи, где я подписываю, наконец, мировую и мы расстаёмся с обоюдным желанием больше никогда не встречаться.

Продолжение здесь...

Обновлено 29.07.2011 23:06
 

Сейчас на сайте

Сейчас 129 гостей онлайн

Поиск по сайту